В предыдущих статьях мы с Вами рассмотрели подготовительные недели к Великому посту и утренние службы Великого поста. А что же происходит на вечерних службах в первую неделю Великого поста?
В самом начале Великого поста, как тот исходный тон, которым определяется вся великопостная мелодия, Святая Церковь предлагает нам Великий покаянный канон святого Андрея Критского, который читается на вечерних службах в первые четыре дня Великого поста и настраивает каждого человека на покаяние. Но прежде чем рассматривать канон обратимся к житию Святого Андрея Критского.
Андрей Критский родился в Дамаске у родителей-христиан. Согласно его житию, он был немым от рождения до семилетнего возраста, когда чудесным образом исцелился, приняв причастие. С этого времени он начинает изучать Священное Писание и богословские науки.
В возрасте 14 лет он был отведен родителями в Иерусалимский монастырь Братства Гроба Господня и посвящен Богу. По пострижении в монашество святой Андрей получил послушание быть экономом Братства и одновременно нотарием Иерусалимской патриархии. После 681 года, когда в Константинополе происходили заседания Шестого Вселенского Собора, монах Андрей, вместе с двумя старцами-монахами, был послан в византийскую столицу, чтобы представить императору документы, подтверждающие полное согласие с решениями Собора всей полноты Иерусалимской Православной церкви. Старцы-монахи возвратились обратно в Иерусалим, а святой Андрей был оставлен в Константинополе, и навсегда сохранил за собой прозвище «Иерусалимита», то есть «Иерусалимлянина».
Здесь он получил послушание возглавить Орфанотрофион, или Дом для сирот при Великой церкви Святой Софии. Затем он был рукоположен в сан диакона и зачислен в клир главного храма Византии.
20 лет служил он в сане диакона и трудился в Доме сирот, проявляя не только должную заботливость, но и обнаруживая дар вести хозяйственные дела. Так, здание сиротского дома при нем было надстроено, а Дом престарелых (Герокомион), который так же был ему поручен, несколько раз отремонтирован.
В Константинополе он начал слагать свои дивные песнопения, которыми богато украсил Церковь Божию, прославил множество святых, дни великопостные и пасхальные.
После двадцатилетнего дьяконского служения, за великие понесенные труды, святой Андрей был рукоположен в сан епископа и назначен на самую далекую тогда кафедру — на остров Крит. Но в отличие от своих предшественников и тех архиереев, которые служили на Крите после него, он носил титул архиепископа, а это самое высокое древнее звание архиерея, которое носили предстоятели церквей.
На Крите святитель Андрей построил дома для сирот и престарелых, храм в честь Влахернской иконы Божией Матери. Много заботился о своей пастве, неустанно проповедовал, молитвами своими отгонял вражеские набеги прибрежных пиратов-арабов, а однажды, во время засухи, вымолил у Бога дождь, который обильно оросил поля критских христиан.
Трудился святитель Андрей и в составлении церковных песнопений, и в проповедании слова Божия.
Несколько раз святитель Андрей посещал Константинополь, где виделся с патриархом и императором, с людьми, ему близкими. Там он выступил в защиту святых икон, когда в Византии началось иконоборчество.
В свое последнее посещение столицы святой Андрей простился со всеми, потому что почувствовал приближение кончины. По дороге на Крит он сильно заболел, остановился на острове Митилина в городке Ерессо, не доехав до Крита, и скончался там 4 июля 740 года. В этот день доныне совершается его память во всех Православных церквах.
Святитель Андрей Критский первый стал писать богослужебные каноны. Он написал каноны на все двунадесятые праздники (кроме Введения во храм Пресвятой Богородицы, в его время этот праздник отдельно не праздновался). Некоторые каноны до нас не дошли. Великий пост кроме Великого канона был украшен и другими творениями святого Андрея. В рукописях сохранились каноны в Неделю Ваий, трипеснцы всех дней Страстной седмицы, включая Великий Пяток. В Великую Субботу исполнялся Четверопеснец святого Андрея, к которому потом присоединяли свои четверопеснцы и каноны св. Косма Маюмский, инокиня Кассия, епископ Марк Отрантский. На Пасху в самую ночь пелся канон Святителя Андрея Критского. В Неделю Фомину, в Неделю Жен Мироносиц, на Преполовение Пятидесятницы и во все Недели, включая Неделю о слепом, пелись каноны святого Андрея.
Многим святым Святитель написал каноны. Им же было написано множество стихир. По количеству оригинальных мелодий-напевов святой Андрей превосходит даже преподобного Иоанна Дамаскина. Составляя Октоих, святой Иоанн вносил в него ирмосы и напевы святителя Андрея Критского.
Великий канон является самым известным творением святого Андрея.
Великий покаянный, или как его еще называют, умилительный канон, исполняется в храмах вот уже почти 1200 лет и воспринимается так же, как и тогда, когда был написан. «Мистагог покаяния», т.е. тот, кто заботливо учит, открывает тайны покаяния, — так называет святого Андрея Православная Церковь. «Покаяния учитель преизряднейший», «светом сияя Святыя Троицы», — это слова о Святом Андрее.
Нельзя научить тому, чего сам не умеешь. Покаяние святого Андрея глубокое и искреннее. Через весь канон проходит одна мысль, повторяющаяся во всех Песнях: «Согрешил больше всех человек, един согрешил Тебе, (Господи), но смилуйся и будь милосерд ко мне, ибо Ты Благоутробен». [«Благоутробен» — значит милостив и милосерд так, как Мать, которая как бы всей утробой, всем существом своим жалеет ребенка и любит его]. Чем ближе человек к Богу, тем больше видит свои грехи. Меняется масштаб и соотношение восприятия ближних и всего мира. Вот такому смирению учит нас святой Андрей Критский.
Великий канон преподобного Андрея Критского является необыкновенной, возвышенной, богомудрой проповедью покаяния и образцом высочайшего богомыслия. Преподобный Андрей на многочисленных примерах из Ветхого и Нового Заветов показывает нам, как, размышляя над Священным Писанием, мы находим бесконечное число образцов покаяния и возвышенных уроков деятельной и созерцательной жизни.
Весь Ветхий Завет делает Святитель школой покаяния. Показывая добродетели и подвиги святых, он говорит и о злых и жестоких делах, побуждая подражать добрым и отвращаться злых. Но в Великом каноне есть не только примеры из Священного Писания, а есть и увещание душе, рассуждения, молитвы. Как будто старец, исполненный сострадания и любви, взял нас за руку, ввел в свою келью и стал беседовать, рассказывать, делиться своим опытом, и вместе с нами смиренно и горячо молиться.
Покаянный канон можно описать как покаянный плач, раскрывающий нам всю необъятность, всю бездну греха, потрясающий душу отчаянием, раскаянием и надеждой. С исключительным искусством св. Андрей переплетает великие библейские образы — Адама и Еву, рай и грехопадение, патриарха Ноя и Потоп, Давида, Обетованную Землю и выше всего Христа и Церковь — с исповеданием грехов и раскаянием. События священной истории явлены, как события моей жизни, дела Божий в прошлом, как дела, касающиеся меня и моего спасения, трагедия греха и измены, как моя личная трагедия. Моя жизнь показана мне, как часть той великой, всеобъемлющей борьбы между Богом и силами тьмы, которые восстают на Него.
Великий канон можно назвать чудом всей церковной гимнографии, это тексты удивительной силы и красоты. Начинается он текстом, обращенным ко Христу: «Откуда начну плакати окаяннаго моего жития деяний? Кое ли положу начало, Христе, нынешнему рыданию?» — с чего же начать мне каяться, ведь это так трудно.
Откуда начну плакати окаяннаго моего жития деяний,— слышим мы первые слова первого тропаря канона вечером в первый день Великого поста. Мы ждем этих слов, глубоко вздыхаем вместе с преподобным творцом канона и вместе с ним уходим в глубину его размышлений. Кое ли положу начало, Христе, нынешнему рыданию,— продолжает Преподобный,— но яко благоутробен, даждь ми прегрешений оставление.
Это — начало, как бы введение ко всему последующему произведению. Еще один тропарь, приглашающий душу человека с его телесным составом исповедаться Богу,— и преподобный Андрей начинает свои библейские аналогии, прилагая их к состоянию человеческой души. Сказания Ветхого Завета в устах Преподобного полны раздумья над сущностью человеческих дел, они постепенно с большой глубиной, состраданием и любовью предносятся, предлагаются кающейся душе.
Помощник и покровитель, бысть мне во спасение. Сей мой Бог, и прославлю Его, Бога Отца моего. И вознесу его. Господа прославиться.
Помощник и Покровитель явился мне ко спасению, Он Бог мой, и прославлю Его, Бога отца моего, и превознесу Его, ибо Он торжественно прославился. Слова сей песни воспеты были Моисеем и народом израильским после чудесного перехода через Чермное море. О чем повествуется в книге Исход (гл. 15, ст. 1-2). Пою Господу, ибо Он высоко превознесся, гоняя всадника Его ввергнул в море, Господь крепость моя и слава моя, он был мне спасением, он Бог мой и прославлю Его. Бог Отца моего и превознесу Его.
Подражая в преступлении первозданному Адаму, я сознаю себя лишенным Бога, вечного Царства и блаженства за мои грехи. (Быт. 3:6–7). От вечного царства и сладости сего Царства. Грешник испытывает тоже самое, что испытывал Адам, которому он подражает в преступлении, подобно Адаму он сознает свою вину пред Богом, свою внутреннюю наготу. Свою полную безответность пред ним. И потому сознает себе недостойным общения с Богом и вечного блаженства в Царствии Небесном.
И увидела жена, что дерево приятно для пищи и приятно для глаз, и вожделенно, потому что дает знания. И взяла плодов его и ела, и дала также мужу своему и он ел, И открылись глаза у них обоих. И узнали они что наги, и сшили смоковные листья и сделали себе опаясания.
Увы несчастная душа, зачем ты уподобилася первой жене Еве, не с добром ты посмотрела., уязвилась жестоко, прикоснулась к дереву. Необдуманно вкусила безрассудной снеди. История падения Евы (Быт. Гл. 3, 6) повторяется обыкновенно с каждою грешною душой. Запрещенный плод греха представляется собой как плод райского дерева Еве. Спаситель, Адам достойно был изгнан из Эдема, как не сохранивший одной твоей заповеди. Что же должен претерпеть я, всегда отвергающий твои животворные наставления. Человек же грешник, постоянно отвергает заповеди Божии. (Быт, гл. 3, ст. 23). И выслал Господь Бог из сада Эдемского, чтобы возделывать землю из которой Он взят. Присносущая Троица, которой мы покланяемся, сними с меня обременительную тяжесть греха и по своему милосердию, даруй мне умилительные слезы.
По своему содержанию Великий канон представляет собой беседу кающегося с собственной душой и с первых же слов следует обращение к своей душе:
«Гряди, окаянная душе, с плотию твоею, Зиждителю всех исповеждься, и останися прочее преждняго безсловесия, и принеси Богу в покаянии слезы».
Своего апогея эта беседа с душой, постоянные уговоры ее, призывы покаяться, достигают в кондаке, который поется после 6 песни:
«Душе моя, душе моя, востани, что спиши? Конец приближается, и имаши смутитися, воспряни убо, да пощадит тя Христос Бог, везде сый, и вся исполняяй».
Эти слова, являющиеся в каком-то смысле центральными в Великом покаянном каноне, написал св. Андрей Критский автор этого канона, один из великих Божиих угодников.
Он обращается к своей душе: «Душе моя, душе моя, восстани, что спиши?» И если этот великий праведник свою душу обличал в том, что она духовно заснула, то что же нам сказать о себе?
Действительно, спит душа наша… А теперь, в наше время, в особенности, когда мир потрясается от всякого рода скорбей, тяжких кошмарных переживаний, в духовном отношении, спит человечество! Разговоров, конечно, много о всех этих переживаниях, перетурбациях военных, бунтарских и о всяких других. Господь Иисус Христос, об этом предупреждая, говорил: «Услышите о бранях, услышите о войнах и о военных слухах. Cмотрите, не ужасайтесь, ибо надлежит всему тому быть, но не тогда еще самый конец» (Мф. 24:6).
Святые отцы часто утверждали, что в духовной жизни есть, как говорят, парадокс (как будто бы внешне самопротиворечивое, противоречащее себе утверждение, имеющее, однако, глубокий внутренний смысл). Этот «духовный парадокс» заключается в том, как говорили отцы, что грешники видят себя праведниками, а праведники видят себя грешниками, – почему? Почему же грешник видит себя праведником? Потому, что он не знает самого себя, в то время, как праведник все силы души устремляет на самопознание.
То, что нужно как-то уметь разбираться в своем внутреннем мире, сознавали и лучшие из язычников. Еще от дохристианской древности идет к нам изречение «познай самого себя», которое приписывали или Сократу или кому-либо другому из языческих мудрецов. А что касается христианского понимания этой истины, то ведь недаром, мы с вами все время в Великом посту молимся: «Ей, Господи Царю, даруй ми зрети моя прегрешения» (даруй мне видеть мои прегрешения). Если бы мы их видели, как следует, то не было бы и нужды молиться этими словами.
И чем больше человек в себя погружается, чем больше привыкает он разбираться в своем внутреннем мире, тем яснее и больнее он чувствует свое внутреннее повреждение от греха.
«Но облобызай покаяние!» — так восклицает святой Андрей в одном тропаре Великого канона. Греческое слово «покаяние» означает не только раскаяние, но решительную, хотя иногда и мучительную, трудную, скорбную, перемену ума. Ум должен измениться! От греха и забот, от угрызений и терзаний мира сего, от тленности и уничтожения ум должен, изменившись, вернуться к тому состоянию, которое изначально даровал человеку Бог. Покаяние есть процесс всей жизни, вот почему покаяние требуется и впервые осознавшему свой грех человеку, и святому, достигшему великих высот подвижнической жизни.
Пусть никогда Великий канон не делается «памятником византийской литературы», а остается самой современной книгой, необходимой каждому человеку, каждому прихожанину. Пусть не только во время Великого поста она будет читаться, а в любое время года, чтобы как можно больше и полнее воспринять нам и усвоить спасительное покаяние, о котором так прекрасно поведал великий учитель древней Церкви святитель Андрей Критский.
Значение и цель Великого Канона именно в том и состоят, чтобы явить нам грех и тем самым привести нас к раскаянию. Но он являет нам грех не определениями и перечислениями, а неким глубоким созерцанием библейской истории, которая поистине есть история греха, покаяния и прощения. Это созерцание вводит нас в совершенно иную духовную культуру, призывает нас принять совершенно иное понимание человека, его жизни, его целей, его духовных «мотиваций». Канон восстанавливает в нас, то духовное мироощущение, внутри которого раскаяние становится снова возможным.
Канон разделен на четыре части и вечером, в первые четыре дня Поста.
Выстраивая Великий канон как единое целое, преподобный Андрей вначале всего несколько раз обращается к своей душе, а во всем объеме возвращается к этому приему только после второго ирмоса 2-й песни. Здесь это взывание к душе (душе, душе моя, многогрешная душе, душе окаянная) возрастает и учащается, сохраняясь на протяжении целого ряда песней. Здесь же наряду с обращением к душе нарастают и пафос, глубина покаянных воздыханий, которые, по нашему представлению, достигают своего наивысшего развития в 7-й песни канона.
Во второй песне Великого канона преподобный Андрей говорит: «Согреших паче всех человек, един согреших Тебе, но ущедри яко Бог, Спасе, творение Твое». Когда святые отцы, подражая апостолу Павлу, говорят, что они грешнее «паче всех человек», то есть более всех людей, то это вызывает у нас некоторое недоумение, конечно, если мы искренне и просто подходим к таким их мыслям и чувствам, их душевному состоянию. «Как может человек праведной жизни, — думаем мы, — иногда даже творящий великие чудеса (как апостол Павел и многие преподобные отцы), считать себя грешным более всех людей?» Невозможно, чтобы такая мысль, такое чувство пребывали в нем по-настоящему. Он говорит это, как нам кажется, не от чистого сердца, но лишь использует литературный прием. Человек не способен искренне полагать, что согрешил один только он и больше никто нигде не грешил. Однако вспомним поучения святых отцов, вспомним их душевное состояние. Они понуждали себя к тому, чтобы на самом деле иметь в душе такое ощущение, ибо понимали, что считать себя худшим всех и даже единственным грешником на земле есть величайшая и нужнейшая для нашего спасения добродетель.
Согреших, беззаконновах, и отвергох заповедь Твою, яко во гресех произведохся, и приложих язвам струны себе, но Сам мя помилуй, яко благоутробен, отцев Боже. Это звучит уже в первом тропаре 7-й песни, усиливаясь к ее окончанию.
На неподвижном камне заповедей Твоих Христе утверди мое помышление, Некогда одождив огонь от Господа, Господь попалил землю Содом, Содом или замок укрепление один из городов Сидинской долины, его указывают на западном берегу Средеземного моря, на развалинах его был город, имевший своего епископа. (Быт. 19, 24). Господь одождил на Содом и Гомор жупел и огнь от Господа с небесе.
Душа, спасайся, как праведный Лот на горе и поспешай укрыться от гор. Сигор – город долины сидинской, ближайший к Содому, спасенный для Лота, самый южный город Палестины и Маавитской земли. Он находился сначала на краю Сидинской долины, а потом у Мертвого моря. (Быт. 19, 23). Солнце взошло над землею и Лот взошел в Сигор.
Конец приближается, душа, приближается, и ты не заботишься, не готовишься; время сокращается — восстань: Судия уже близко — при дверях; время жизни проходит, как сновиденье, как цвет. Для чего мы напрасно суетимся? Мф. 24:33; Мк. 13:29; Лк. 21:31
И сказал Иисус ученикам, когда вы увидите все сие, знаете, что близко при дверях. (Мк. 13.29).
Лестница, которую в древности видел великий из патриархов, служит указанием, душа моя, на восхождение делами, на возвышение разумом; поэтому, если хочешь жить в деятельности и в разумении и созерцании, то обновляйся. Быт. 28:12
И увидел Иаков во сне – вот лестница стоит на земле, а верх ее касается неба. И вот ангелы Божии восходят и нисходят по ней.
Нам недостанет времени коснуться всех наиболее изумительных и сильных образов в каноне преподобного Андрея. Может быть, стоит упомянуть только еще один тропарь, который был выписываем подвижниками нашей Русской Церкви и сохранялся ими в памяти (а может быть, и заучивался наизусть). Рука нас Моисеева да уверит, душе,— гласит этот тропарь,— како может Бог прокаженное житие убелити и очистити, и не отчайся сама себе, аще и прокаженна ecи. Здесь кратко дана библейская история о чудесах пророка Моисея; но это древнее чудо сведено к чуду животворного покаяния. И с какой заботливостью, даже нежностью поддерживает преподобный Андрей кающуюся душу, как оберегает ее от злого отчаяния. И не отчайся сама себе, аще и прокаженна ecи.
Изучение внешней стороны Великого канона предпринято нами с тем, чтобы показать, каким сокровищем высокой поэзии обладает Святая Церковь, на каком твердом и славном основании покоится здание ее Божественной службы, какие гениальные строки вложены в ее присноживопитание души человеческой!
И так, в течение четырех вечером девять канонов говорят о духовной истории мира, которая в то же время и история моей души. Слова Канона призывают меня к ответу, ибо они говорят о событиях и делах прошлого. Смысл и сила которых вечны, поскольку каждая человеческая душа – единственная и неповторимая, проходит тем же путем испытаний, стоит перед тем же выбором, встречается с той же высшей и важнейшей реальностью. Значение и цель Великого Канона, именно в том и состоит, чтобы явить нам грех и тем самым. Привести нас к покаянию. Но канон определяет нам грех не определениями и перечислениями, а неким глубоким содержанием Библейской истории, которая поистине есть история греха, покаяния и прощения. Канон восстанавливает в нас то духовное мироощущение, внутри которого раскаяние становиться снова возможным, когда мы слышим например, я не уподобился Иисусе – Авелевой Правде. Никогда не принес Тебе приятного дара, ни дел Божественных, ни жертвы чистой, ни безгрешной жизни. Мы понимаем, что история первого жертвоприношения, так кратко упоминаемая в Библии, открывает нечто основное в нашей собственной жизни, основное в самом человеке. Мы понимаем, что грех, есть прежде всего отказ от жизни как приношения и дара, как жертвы Богу – или иными словами, отказ от жизни для Бога и по Божьему. И благодаря этому откровению, становится возможным произнести слова бесконечно отдаленные от бесконечного опыта жизни, но звучащие с глубочайшей правдой. Исправ и создав жизнь ты вложил в мою плоть и кости дыхание и жизнь, но о Создатель, мой избавитель мой и судия, прими меня кающегося.
Вот почему постный путь начинается с возврата к исходной точке – творению мира – грехопадению, искуплению. К тому миру – где все говорит о Боге, все отражает Божию Славу, где все что происходит, все события – непосредственно связаны с Богом, где человек находит настоящее измерение своей жизни и найдя их каяться.
Великим данный канон называется, прежде всего, по своей обширности. Потому что Он содержит в себе 210 тропарей, не считая тропарей посвященных самому Андрею Критскому и Марии Египетской – всех тропарей 250. Великий канон принадлежит к разряду покаянных церковных песнопений.
Каясь в грехах, необходимо слезно молиться Св. Троице, покланяемой во Единице Божества и Державы. Единосущная и нераздельная Святая Троица есть премирный Свет и Источник жизни грешных. Всякого кающегося Она принимает всею любовию, облегчает от бремени греховного, щадит, милует и дарует ему слезы умиления. Именно силою Бога Троицы человек спасается от прельщения страстей, искусительных обстояний и огненного осуждения.
В спасительное Троичное действие кающийся грешник вводится Сыном Божиим, Господом Иисусом Христом, так как Ему приносится людьми исповедание грехов. Христос Спаситель с теплым милосердием взирает на всех плачущих о грехах и оставляющих их. Он отечески приближается к ним, благодатно их прощает, омывает, воссоединяет с Богом Отцом в Духе Святом и тем избавляет от ада.
Иисус Христос есть Человеколюбец, Милостивый Судья, Дарователь слез покаяния и Успокоитель болеющих от греха людей.
В рассматриваемом Каноне передача молитвенного лепета кающихся пред Христом Спасителем неподражаемо прекрасна. Мы частично приведем ее в буквальном русском переводе: «Не возгнушайся меня, Спаситель, – не отринь от Твоего Лица», – так по словам Канона молится грешник, – «Очисти и прости мои прегрешения. От юности я всестрастно преступил Твои заповеди по небрежению, не имею плодов благочестия, растратил богатство благодати в блуде. Не войди со мной в суд моих дел и слов, но яви щедрость». «Милостивым Твоим оком воззри на меня и прими мое теплое исповедание. Я разодрал одежду благодати, наг, стыжусь и плачу слезами блудницы. Очисти меня, Спаситель, Твоим милосердием».
«Плоть и душу я осквернил страстями, невоздержанием, скверными помышлениями и любовью к вещам. Внешность (свою) украсил, а внутренность обезобразил сластолюбивыми стремлениями. Взыщи меня, как потерянную драхму. Никто не согрешил пред Тобою, как я. Не имею ни слез, ни покаяния, ни умиления. Дай их мне Сам, как Бог. Вопию к Тебе, как блудница и мытарь – воззови меня, прими как Благий, услышь воздыхания моей души. (В день второго Твоего пришествия) не затвори мне дверь Твою, Господи, Господи, но отвори ее мне, кающемуся».
«Я согрешил более всех. Ты – добрый Пастырь, взыщи меня агнца. Ты – сладкий Иисус, Создатель мой. В Тебе я оправдаюсь. Помилуй меня. Господи, помилуй меня, когда придешь с Твоими ангелами воздать всем по достоинству дел. Ты, один, как Господь, имеешь власть прощать грехи». «Я отовсюду осужден и обличен совестью. Пощади и избавь раба Твоего. Я – весь в струпах. Но Ты, Христе, как Врач, уврачуй, омой меня моим покаянием и покажи чистее снега».
«Время жизни моей мало и исполнено болезней. А я повредил моей душе, не послушал Твоего голоса, – Твоих Писаний. Но в покаянии прими меня и призови в разум истины. Да не буду приобретением и пищей чуждому мне (диаволу)».
«Вся моя жизнь проходила в ночи греха. Тьма и глубокая мгла во мне. Покажи меня, Спаситель, сыном дня. Я вижу себя превозшедшим грехами всякого человека, так как грешил сознательно, а не по неведению. Пощади, Господи, Твое создание; Ты один чист естеством и без скверны нет иного, кроме Тебя. Слезы мои да будут мне (как вода купели) Силоамской, да умою я зеницы сердца и мысленно увижу Тебя, Превечного Света».
«Из глубины я приношу Тебе воздыхания. Видишь мое смирение и мою скорбь? Сам меня помилуй, Спаситель, воздвигни мой ум к обращению. Достойных покаяния плодов не требуй от меня, так как оскудела во мне крепость. Дай мне сердце, всегда сокрушенное и (чувство) духовной нищеты, да принесу их Тебе, Спаситель, как приятную жертву».
В приведенных отрывках молитвенных воззваний грешника слышится теплая возрождающаяся любовь ко Христу Спасителю, нежность и сокрушенность глубокого чувства, отказ от греха, стыд за допущение его, горячая жажда прощения и решимость вновь не огорчать Спасителя грехами. Точно такими и были, по Евангелию, переживания приточного блудного сына пред отцом, возвратившие ему отчую милость и благоволение.
У кающихся грешников, по Канону, Посредницей прощения и Умилостивительницей Спасителя является неизменно Божия Матерь. Она, – Обрадованная, Чистая, великая надежда всякого человека, приносящего покаяние Богу, и как бы пристань среди бурь. Отверзшая людям небо рождением Христа Спасителя, Божия Матерь непрестанно отверзает кающимся двери Божия милосердия Своими молитвами за них и тем воссоединяет их с Сыном и Богом Своим.
Вышеизложенные мысли о предстоянии кающегося Лицу Божию приводят к тому заключению, что покаяние Триединому Богу приносится людьми пред Сыном Божиим Спасителем и возобновляет их Богообщение со Св. Троицею.
Св. Андрей Критский не только изображает в своем Каноне процесс обращения грешника к Триединому Богу, но и возбуждает у слушателей покаянные чувства. Обращаясь к их совести и душевному сознанию, великий святитель с силою Духа то обличает грешную душу в ее беззакониях, то неотразимо влечет ее ко Христу, представляя ей массу примеров покаяния из Библии. Искусное сплетение в Каноне ткани библейских фактов покаяния грешников рассмотрим далее.
Великий Канон живо и ярко отражает покаянное настроение его автора. Во свете Духа Святого мысленному взору св. Андрея Критского открывалось зрелище его личных и общечеловеческих грехов, и он плакал о них плачем, дышавшим верою в совершенное помилование от Христа Спасителя.
Для вызова подобного же покаянного настроения у верующих во Христа, святитель применил особенный ораторский прием: монологическую беседу с человеческой душой. С любовью и состраданием он обращает к душе грешника горячие призывы, увещания, напоминания и ободрения и поднимает со дна ее живые покаянные чувства.
В исторических событиях ветхозаветного времени навсегда покрыли себя бесславием, например, бесстыдный сын Ноя – Хам, презрительный Измаил, женонеистовый Исав, мятежники Дафан и Авирон, сыны слабовольного первосвященника Илия Офни и Финеес, волхвы Фараона Ианний и Иамврий, блудные потомки Ефрема, ленивый и любострастный судия Самсон, гордый царь Саул и левит Оза, дерзновенно ходивший пред Богом.
Совершенно отрицательны далее библейские образы любосластного Авессалома, хитрого Ахитофела, отступившего от Бога, сладострастного Соломона, непослушного отцу Ровоама, богоотступника Иеровоама, скверного Ахава, Иезавелиных лжепророков, сребролюбивого Гиезия, прокаженного царя Озии и др.
Негодная жизнь порочных лиц, упоминаемых в истории Ветхого Завета, наглядно представляет душе картину ее собственного нравственного разложения.
Ей необходимо стремительно бежать от греха по подобию Авраама, покинувшего Харран, и спасаться на «горе добродетелей, как Лот в Сигоре».
Благодатному возрождению души много содействует пристальное вглядывание в добродетельные поступки древних праведников и их Божественные откровения. Это живое назидание идет из глубины веков.
Например, лествица, виденная Иаковом во сне, по мысли св. Андрея, дает символический образ личного человеческого восхождения по лествице добродетелей. Многочадная жена Иакова Лия есть подобие деятельного подвижничества, многотрудная Рахиль – подобие подвига умно-сердечной молитвы, приводящего к видению славы Божией.
Напряжение души выйти из страстного состояния имеет непрерывную поддержку от всевидящего Бога. В близости Божией к людям всякую душу уверяют чудотворения пророка Моисея вроде разделения и соединения вод Чермного моря. И рука Моисея, то белевшая от проказы, то принимавшая обычный вид пред очами Фараона, свидетельствует, что Бог силен и прокаженную грехами душу очистить и убелить.
Пред кающейся душой светлые лики ветхозаветных праведников, – как звезды ночью, сияют всегда своими добродетелями: благочестием, молитвенностью, послушанием Богу, совершенным покаянием и мужественным самоотвержением. Духовно прекрасны, например, из ветхозаветных людей: Моисей, Гедеон, Варак, Иеффай, Иисус Навин; пророки – Самуил, Илия, Елисей, Даниил с тремя сотоварищами в Вавилоне, пророчица Анна, мать Самуила, Девора, Иаиль и др. Они учат возвышаться над временем, подчиняться закону Божию, мысленно стремиться к небесному отечеству и решительно поборать плотские помыслы, страсти и соблазны.
Сравнение добродетельности праведников с личным устранением дает грешнику сильное побуждение плакать о себе. У него нет и признаков сугубой благодати пророка Елисея, нет страннолюбия жены Сонамитянки, покаяния Ниневитян, ревности по Боге и мужества прав. Иова, нет целомудрия Иосифа Прекрасного и плача о грехах царей Давида, Манассии и Езекии.
Много проникновенных обращений к душе грешника навеяны в Великом Каноне новозаветными притчами Христа Спасителя, событиями из Его земной жизни и чудесами.
«Привожу тебе, душа, к твоему умилению, – замечает св. Андрей Критский, – указания из Нового Писания. Праведным поревнуй, грешных отвращайся, и умилостиви Христа молитвами, прощениями, чистотою и говением».
В Христовом Евангелии, по мысли св. Андрея, все трогательно для грешника: повести о Господних чудесах, Страшном Суде, крестных страданиях Спасителя и все драгоценные слова Христовы.
Грешная душа подобна приточным блудному сыну, мытарю, нищему Лазарю и израненному путнику, упоминаемому в притче о милосердном Самарянине. Господь не отвергает покаяния никакого грешника, но взыскивает его, как потерянную драхму, и отверзает ему двери милосердия, как мудрым девам в приточном брачном чертоге.
В бытность на земле Спаситель врачевал больных прокаженных, расслабленных, был милостив к больным женам – кровоточивой и скорченной от демона, принимал рыдания Хананеянки, Марфы и Марии о Лазаре, Наинской вдовы о сыне, помиловал благоразумного разбойника. Подобным же образом Он милостив и ныне ко всем кающимся пред Ним во грехах. Дверь Царства Его отверста всегда для людей, порывающих с греховным прошлым. Господь собрал уже сюда благоговейных волхвов, пастырей, младенцев Вифлеемских мучеников и многих раскаявшихся грешников.
Самое явление Христа Спасителя на земле есть выражение Его снисхождения к людям. В Его Богочеловеческом Лице дан миру вечный пример господства над искушениями плоти и диавола непрестанной бодрой молитвой и постом.
В Своем Евангелии Господь Иисус Христос приглашает грешных лобызать покаяние, не увязать в беззакониях, но со всей бодренностью устремляться ко святому служению Богу.
Обобщая все сказанное св. Андреем Критским о побуждениях к покаянию, можно заключить, что человека движут к покаянию тяжесть греха, жажда Богообщения, неизреченное милосердие Божие, страх вечной гибели и память о смерти, Божием суде и посмертном воздаянии.
Моисеева рука как уверит нас душа, как Бог может убелить и очистить прокаженную жизнь, и не предавайся отчаянию о себе хотя ты и поражена проказою.
Очень любит преподобный Андрей образ евангельской драхмы. К нему он обращается в различных песнях канона. Юже яко иногда драхму, взыскав, обрящи,— говорит он во 2-й песни. Здесь для преподобного Андрея дорого, чтобы была обретена погибшая драхма, кающаяся человеческая душа. Аз есмь, Спасе, юже погубил ecи древле Царскую драхму,— вопиет Преподобный в 6-й песни канона,— но вжег светильник Предтечу Твоего, Слове, взыщи и обрящи Твой образ. Преподобному дорога погибшая драхма как извечный образ Божий в человеке.
Дорог также Преподобному поэту образ белого снега. Где созерцал снег преподобный Андрей, на вершинах каких гор? Живя в Палестине и на острове Крит, он вряд ли видел снежный покров на земле. К горнему снегу обращает свой взор Преподобный. Омый, очисти, покажи, Спасе мой, паче снега чистейша,— вопиет Преподобный в семнадцатом тропаре 4-й песни канона, а в 5-й песни молит: Омый мя, Владыко, банею моих слез, молю Тя, плоти моея одежду убелив, яко снег.
Немало в каноне предлагается предостережений от греха и наставлений к жизни Богоугодной, например, ты слышала душа мой что Измаил был изгнан как порождение рабыни. Будь бдительна, смотри, чтобы и тебе не потерпеть чего либо подобного из-за сладострастия. Великий Моисей поселился в пустыне, иди и ты душа, подражай ему по образу жизни дабы и тебе узреть в пустыне явление Бога. Применение библейских сказаний к нравственному состоянию и потребностям души, выражается в Великом каноне большей частью так сжато, что не всегда легко с можно понять, в чем состоит соответствие одних к другим, отсюда появляется необходимость в объяснение того, в чем надобно видеть это соответствие, как понимать те или другие выражения, заключающие в себе сопоставление предметов, по-видимому не имеющих сходства или представляющих отдаленные сходства.
В нашей отечественной аскетической литературе учению о евангельских добродетелях, об их последовательности много внимания уделял святитель Игнатий Брянчанинов. «Нищета духа,— пишет святитель Игнатий,— блаженство, первое в евангельском порядке, первое в порядке духовного преуспеяния, первое состояние духовное, первая ступень в лествице блаженств». «Нищета духа,— пишет Святитель далее,— соль для всех духовных жертв и всесожжении. Если они не осолены этой солью,— Бог отвергает их». «Такое состояние — дар благодати,— заключает святитель Игнатий, — действие благодати, ее плод, а потому и блаженство».
Итак, нищета духа, смирение сердца есть первая евангельская заповедь Христова, но она содержит в себе и все последующие добродетели. Недаром сказано Христом, что все Небесное Царство уже принадлежит смиренным, нищим духом людям. Блаженны нищии духом, яко тех есть Царствие Небесное (Мф. 5, 3). Вот к этому-то состоянию и ведет своим Великим умилительным покаянным каноном преподобный Андрей; ведет, показывая шаг за шагом, каково должно быть покаяние. Таким образом, он становится вместе с другими преподобными отцами учителем этого спасительного подвига.
В следующем тропаре той же песни обретаем еще одно из драгоценных выражений преподобного Андрея. Душа Преподобного раскрылась; как бы снимая ветхозаветный покров со своих только что изложенных мыслей о двух женах, он отчетливо печатлеет ход духовного восхождения человека: Бди, о душе моя,— изрекает он в этом тропаре,— изрядствуй, якоже… великий в патриарсех, да стяжеши деяние с разумом, да будеши ум, зряй Бога, и достигнеши незаходящий мрак в видении и будеши великий купец Здесь Преподобный говорит, по существу, об основном принципе богослови — его апофатизме, незаходящем мраке видения, в котором святые зрят Бога.
Здесь приходит на память классический аскетический труд «Лествица» преподобного Иоанна Лествичника, где подробно разбираются все состояния человека на его пути к Богу по лествице восхождения добродетеле. Сравнительно близкие по временам своего жития, преподобные Андрей и Иоанн имели и близкие понятия о законах духовной жизни. Каждый из преподобных схожим образом предлагал путь духовной жизни. Представление о духовной жизни, которая может быть уподоблена лестнице восхождения, доводится преподобным Андреем до слуха всех молящихся, поскольку его произведение есть богослужебное песнопение. «Лествица» преподобного Иоанна известна главным образом инокам.
Итак, Великий Канон Андрея Критского настраивает каждую душу на покаянный лад, чтобы человек покаявшись в Великий пост смог с чистым сердцем встретить Пасху Христову.
Рассмотрим далее, в первую субботу Великого поста Православная церковь празднует дивное чудо с коливом святого славного великомученика Феодора Тирона, которое имело такую предысторию.
Феодор Тирон жил рубеже третьего и четвертого веков. Феодор был воином, служил в городе Амасии, столице Понтийского государства. Сейчас это территория современной Турции. Феодор был христианином. Однажды его командир приказал солдатам принести жертвы языческим богам. Феодор отказался и во всеуслышание исповедал свою веру. Воина заключили в темницу. По преданию, узнику явился Сын Божий, утешил и укрепил его. Феодора пытали и приговорили к сожжению. По преданию судья спросил его: «Что хочешь: быть с нами или со Христом твоим?» Феодор Тирон мужественно ответил: «Со Христом моим и есть, и буду!..» Впоследствии мощи святого были перенесены в Константинополь.
Спустя пятьдесят лет после мученической кончины святого Феодора, император Юлиан Отступник решил надругаться над верой христиан. Он знал о том, что христианам запрещено есть ту пищу, которую приносили в жертву языческим богам. Приближался Великий пост. Император приказал градоначальнику Константинополя совершить жертвоприношение языческим богам. А в первую седмицу поста окропить кровью этих животных все съестные припасы на рынках. Святой Феодор явился во сне архиепископу Евдоксию. Он повелел ему предупредить всех христиан. Святой указал, что привычную еду можно заменить на варёную пшеницу с мёдом — коливо или кутью.
С тех пор христиане, воздавая благодарение благодетелю-мученику, по прошествии первой седмицы Великого поста готовят коливо, после молебна Святому Федору Тирону освещают это коливо и раздают верующим..